Ответ на критику сталинского социализма

Вопрос о том, был ли в СССР при Сталине построен социализм или же там сложился некий «государственный капитализм», является одним из ключевых в идеологической борьбе. Буржуазные критики, а вслед за ними и троцкисты всех мастей, пытаются доказать, что сталинская экономика якобы ничем принципиально не отличалась от капиталистической, что ею управлял класс бюрократии, присвоивший себе права собственника. Для марксиста-ленинца важно дать на этот тезис чёткий, научно обоснованный ответ, опираясь на анализ реальных производственных отношений, а не на пропагандистские штампы.

Начнём с главного: основой любого общества являются отношения собственности на средства производства. Именно они определяют, в чьих руках находятся фабрики, заводы, земля, транспорт — всё то, чем общество производит материальные блага. В капиталистическом обществе средства производства принадлежат частным лицам или корпорациям, составляющим класс буржуазии. В сталинском СССР, согласно Конституции 1936 года и хозяйственной практике, средства производства находились в двух формах социалистической собственности: государственной (всенародной) и колхозно-кооперативной [1]. Фабрики, заводы, шахты, электростанции, железные дороги — всё это было общенародным достоянием. Это был не просто юридический факт, а основа планирования и распределения.

Критики же утверждают, что государственная собственность — это фикция, а реально средствами производства распоряжалась номенклатура, которая и была коллективным капиталистом. Здесь необходимо провести строгое марксистское различие между владением, распоряжением и собственностью. Да, управленческий аппарат (директора, наркомы, партийные чиновники) осуществлял оперативное управление предприятиями. Однако они не были собственниками в том смысле, который вкладывает в это понятие марксизм. Привилегии номенклатуры были условными, жёстко привязанными к занимаемой должности и функциям, которые они выполняли по поручению государства и партии [2]. Они не могли продать завод, передать его по наследству, превратить в источник личной капиталистической наживы. Это коренным образом отличает положение советского директора при Сталине от положения капиталиста. У капиталиста есть безусловное право частной собственности, которое он реализует по своему усмотрению независимо от государства. У советского хозяйственника были властно-распорядительные функции, делегированные ему государством и подлежащие контролю. Когда в 1990-е годы та же номенклатура получила возможность приватизировать заводы, она тотчас же превратилась в буржуазию, потому что изменились именно производственные отношения — условное владение сменилось безусловной частной собственностью. При Сталине этого не было и быть не могло [3].

Далее, необходимо рассмотреть вопрос о цели производства. Классики марксизма неоднократно указывали, что движущей силой капитализма является погоня за прибавочной стоимостью, за прибылью. К. Маркс в «Капитале» неопровержимо доказал, что целью капиталистического производства является не создание потребительных стоимостей, а присвоение прибавочной стоимости [4]. Сталинская экономика была устроена на принципиально иных основаниях. Главной целью было не извлечение прибыли, а максимальное удовлетворение постоянно растущих материальных и культурных потребностей всего общества. Как указывал Сталин в работе «Экономические проблемы социализма в СССР», законом развития социалистической экономики является обеспечение максимального удовлетворения потребностей общества путём непрерывного роста и совершенствования производства [5]. Экономика СССР 1930–1950-х годов функционировала как единый народнохозяйственный организм, подчинённый не стихии рынка, а единому плану, нацеленному на укрепление обороноспособности и независимости страны, на повышение благосостояния трудящихся. Это проявлялось, в частности, в политике планомерного снижения цен на рубеже 1940–1950-х годов, что было бы немыслимо при капитализме, где цель любой монополии — удерживать и повышать цены для максимизации прибыли. Само наличие плана, директивно устанавливавшего объёмы производства и распределения, отрицает самую суть капитализма, который основан на анархии рынка и конкуренции частных производителей.

Важнейшим свидетельством социалистической природы сталинской экономики является также наличие мощного негосударственного, но при этом социалистического сектора — промысловой кооперации. При Сталине существовало и бурно развивалось предпринимательство в форме производственных артелей. К началу 1950-х годов в СССР действовало 114 тысяч артелей, в которых работало около двух миллионов человек [6]. Они производили почти 6% валовой продукции промышленности, причём в таких важнейших секторах, как производство мебели (40%), металлической посуды (70%), трикотажа (более трети), детских игрушек (почти все). Более того, артели занимались и высокотехнологичным производством: первые советские телевизоры и радиолы выпускались именно артелями [6]. Артели работали на хозрасчёте, но в рамках государственного планирования и при мощной поддержке государства, которое защищало их от произвола чиновников. Это была не частнокапиталистическая, а коллективная, кооперативная форма социалистического хозяйства, которая позволяла сочетать личную инициативу с общественным характером производства. И показательно, что именно Хрущёв, начавший демонтаж сталинской экономической модели, в 1956 году фактически ликвидировал артели, огосударствив их и уничтожив тем самым важнейший источник хозяйственной инициативы и предприимчивости [7]. Тем самым он сделал шаг не к «исправлению» сталинизма, а к усилению бюрократического централизма, что в конечном счёте вело к застою.

Что касается критиков, заявляющих, что сталинская система была разновидностью капитализма, то они либо сознательно искажают факты, либо демонстрируют неспособность к диалектическому анализу. Да, в сталинском СССР сохранялись товарно-денежные отношения, существовали деньги, торговля, заработная плата. Но сам Сталин в работе «Экономические проблемы социализма в СССР» предупреждал против механического перенесения категорий «Капитала» Маркса, созданного для анализа капитализма, на советскую экономику. Он указывал, что советские экономисты должны покончить с несоответствием между старыми понятиями и новым положением вещей в социалистической стране [5]. Товарное производство при социализме не является всеобъемлющим и стихийным, как при капитализме. Оно поставлено в жёсткие рамки государственного плана и служит целям развития социалистического общества, а не обогащения частных собственников. Более того, само существование товарного производства при социализме рассматривалось Сталиным как временная необходимость, обусловленная наличием двух форм собственности (государственной и колхозной), которая должна была изжить себя по мере слияния этих форм в единую общенародную собственность [5].

Таким образом, тезис о «государственном капитализме» в СССР при Сталине не выдерживает никакой критики. Экономика того периода представляла собой последовательно социалистическую модель, основанную на общенародной собственности на средства производства, плановом ведении хозяйства, подчинении производства общественным потребностям, а также на сочетании государственного и кооперативного секторов. Хозяевами фабрик и полей были не капиталисты и не бюрократия, а весь народ в лице социалистического государства. Как справедливо отмечал Энвер Ходжа, Сталин был последовательным продолжателем дела Ленина, строителем социализма в одной стране, и именно при нём были заложены основы той силы, которая разгромила фашизм и первой проложила путь в космос [8]. Ревизионисты и буржуазные пропагандисты, отрицающие это, на самом деле ведут борьбу не против «сталинских ошибок», а против самой возможности существования социализма как общественного строя. Защищая сталинскую экономическую модель, мы защищаем исторический опыт реального социализма и теоретическое наследие, которое до сих пор служит нам ориентиром в борьбе за освобождение труда от капитала.

---

Список литературы

1. Конституция (Основной Закон) Союза Советских Социалистических Республик. Утверждена Чрезвычайным VIII съездом Советов Союза ССР 5 декабря 1936 года. Глава I, статьи 4-6.

2. Восленский М.С. Номенклатура. Господствующий класс Советского Союза. — М.: Советская Россия, 1991. — С. 140-158.

3. Катасонов В.Ю. Экономика Сталина. — М.: Институт русской цивилизации, 2014. — С. 245-250.

4. Маркс К. Капитал. Том I. — Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения, 2-е изд., т. 23. — С. 182-195.

5. Сталин И.В. Экономические проблемы социализма в СССР. — М.: Госполитиздат, 1952. — С. 13-17, 45-48.

6. Сводный отчёт по промысловой кооперации за 1950 год. ЦГАНХ СССР, ф. 1562, оп. 33, д. 2350, л. 42-56. Цит. по: Ханин Г.И. Экономическая история России в новейшее время. Т. 1. — Новосибирск: НГТУ, 2008.

7. Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 14 апреля 1956 г. № 474 «О реорганизации промысловой кооперации».

8. Ходжа Э. Со Сталиным. Воспоминания. — Тирана: 8 Нентори, 1981. — С. 345-350.